Доклад "Энергетическая справедливость в формирующемся многополярном мире"

МИА "Россия сегодня" представляет доклад "Энергетическая справедливость в формирующемся многополярном мире", подготовленный Агентством стратегических инициатив, Платформой НТИ и рабочей группой "Энерджинет" НТИ при поддержке Министерства энергетики России. Позиция, изложенная в настоящем докладе, отражает точку зрения авторов и не является официальной позицией Российской Федерации.

Введение

В условиях глобальной трансформации энергетика — это не просто часть национальной экономики, это фундаментальная основа, без которой невозможно существование и развитие любого государства и общества. Доступность энергии становится базовым условием функционирования современных социальных и экономических систем, напрямую определяя способность государства обеспечивать технологический суверенитет, обороноспособность и достойный уровень жизни граждан.

Несмотря на активный рост установленных мощностей возобновляемой энергетики, большинство стран мира по-прежнему критически зависят от ископаемого топлива, покрывающего более 80% их потребности в энергии. Это доминирование обусловлено не только экономической целесообразностью, но и необходимостью обеспечить надежность энергосистем в условиях климатических изменений и растущей геополитической неопределенности. Очевидно, что неравномерный доступ к энергии усугубляет неравенство между странами и регионами, создавая ситуацию, когда развивающиеся государства, богатые ископаемыми ресурсами, не могут конвертировать их в рост благосостояния, попадая в финансовую и технологическую зависимость от развитых стран. Таким образом, они оказываются в ловушке энергетической бедности.

В докладе представлен комплексный анализ глубинных причин энергетической бедности, тесно связанных с явлениями энергетической несправедливости. В то время как бедность фиксирует количественный дефицит ресурсов, несправедливость раскрывает системное неравенство, возникающее из-за механизмов перераспределения контроля над ресурсами, технологиями и будущим развитием. В докладе подробно рассматриваются три основные формы материализации энергетической несправедливости: неоколониализм (скрытый колониализм), использование стандартов ESG и климатической повестки как способа доминирования, применение санкций и тарифных войн.

В ответ на сохраняющиеся вопросы энергетической несправедливости предлагается концепция энергетической справедливости. Эта концепция опирается на несколько ключевых элементов, включая шкалу энергетической справедливости и устойчивый технологический фундамент.

Шкала энергетической справедливости описывает две противоположные модели отношений: зона деградации / несправедливости и зона созидания / справедливости. Технологический фундамент энергетической справедливости предполагает расширение доступа к энергии, глубокую электрификацию и переход к новым энергетическим архитектурам.

Концепция энергетической справедливости реализуется в открытой и взаимовыгодной кооперации между государствами и объединениями, такими как БРИКС и ШОС. Этот подход основан на признании многообразия путей развития каждой страны и принципиальном невмешательстве в ее внутренние дела и является практическим руководством к действию.

Целью данного доклада является анализ текущего состояния глобальной энергетики через призму справедливости и несправедливости. Авторы предлагают рассмотреть энергетику не как товар, а как фундаментальное право на развитие. Это обосновывает необходимость перехода от парадигмы зависимости и эксплуатации развивающихся стран к новой модели, основанной на равноправном партнерстве и технологическом суверенитете. Такой подход позволит преодолеть системные противоречия и создать условия для справедливого мироустройства.

1. Состояние глобальной энергетики

1.1. Мировой энергобаланс и потребность в энергии

Доступность энергии служит базовым условием для функционирования и прогресса современного общества. От нее напрямую зависят экономическое развитие, социальная сфера и способность государства обеспечивать технологический суверенитет. Энергия служит движущей силой для ключевых направлений: она питает промышленность, обеспечивает функционирование систем здравоохранения и образования, способствует развитию сельского хозяйства и транспорта.

Способ получения и преобразования энергии — это технологический фундамент, на котором строятся экономика и социальная структура.

Мировое потребление электроэнергии в 2024 году увеличилось на 4,3%, обогнав как рост мирового ВВП (3,2%), так и рост потребления энергии в целом (2,6%). Спрос на электроэнергию также демонстрирует положительную динамику после пандемии COVID-19 (Рис.1).

Цифровизация и масштабирование новых технологий преобразования энергии, таких как возобновляемые источники энергии (ВИЭ), водородная энергетика, накопители энергии и распределенные системы формируют новый энергетический уклад. Энергосистемы по всему миру адаптируются к этим изменениям, которые вызваны с одной стороны непрерывным ростом общего спроса на электроэнергию (Рис. 1), а с другой — изменением требований к энергоснабжению: надежностью, мобильностью, гибкостью.

© РИА НовостиРисунок 1. Мировой ежегодный рост спроса на электроэнергию, %

Рисунок 1. Мировой ежегодный рост спроса на электроэнергию, %

Показатели восстановились и продолжили свой рост, который во многом обусловлен увеличением населения земного шара и растущей электрификацией развивающихся стран. По итогам 2024 года наиболее заметный прирост потребления электроэнергии наблюдается в Азиатско-Тихоокеанском регионе (АТР) и на Ближнем Востоке — 5,4% и 5,3% соответственно.

Однако ожидаемый на горизонте 2050 года демографический бум на Африканском континенте (прирост около одного миллиарда человек) неизбежно приведет к глобальному сдвигу в географической структуре потребления энергии. Ископаемые виды топлива — уголь, нефть и природный газ — по-прежнему формируют основу мирового энергобаланса, обеспечивая 86,7% глобального энергопотребления (Рис. 2).

© РИА НовостиРисунок 2. Мировой энергобаланс по итогам 2024 г.

Рисунок 2. Мировой энергобаланс по итогам 2024 г.

Несмотря на рост доли ВИЭ6, значение ископаемых видов топлива остается доминирующим (Рис. 3) и обусловлено не только экономической логикой, но и необходимостью обеспечивать базовую надежность систем в условиях климатических изменений и возросшей геополитической неопределенности.

© РИА НовостиРисунок 3. Потребление первичной энергии по источникам в мире в динамике, ТВт-ч

Рисунок 3. Потребление первичной энергии по источникам в мире в динамике, ТВт-ч

Особое значение приобретает спрос на электроэнергию со стороны высокотехнологичного сектора: центры обработки данных (ЦОД), инфраструктура искусственного интеллекта (ИИ), прецизионные и аддитивные производства, высокоточные фотолитографические, биотехнологические и электрохимические производства. По прогнозам Международного энергетического агентства, (МЭА) потребление электроэнергии ЦОД удвоится к 2030 году. Центры обработки данных будут использовать 945 тераватт-часов (ТВт-ч) в 2030 году, что примерно эквивалентно текущему годовому потреблению электроэнергии в Японии. Электрификация транспорта и промышленности охватывает не только электромобили и электробусы, но и беспилотные авиационные системы, речные и морские суда, промышленную робототехнику, что требует развития мобильных источников электроэнергии и зарядной инфраструктуры на базе распределительных электрических сетей.

1.2. Доступ стран к энергоресурсам

Парадокс современной ситуации заключается в том, что на фоне общего роста потребления энергии, стремления к диверсификации энергоснабжения, появления новых технологий и научных знаний в сфере энергетики, физический и экономический доступ к энергии распределяется неравномерно. Это приводит к неравенству между различными группами населения и/или целыми государствами и регионами. Некоторые государства ведут политику "восстановления энергетического доминирования", в то время как другие страдают от нехватки надежной и доступной энергии.

Энергетическая бедность — это неспособность достичь определенного уровня бытовых энергетических услуг или отсутствие доступа к современным энергетическим услугам для удовлетворения общих энергетических потребностей.

В мире человек в среднем потребляет 78 гигаджоулей (21,7 мегаватт-часов) энергии в год. При этом среднестатистический американец потребляет примерно столько же энергии в месяц, сколько среднестатистический житель Кении за целый год.

Современная энергетическая система не удовлетворяет потребности значительной части населения земного шара.

Несмотря на позитивную динамику в энергообеспечении мирового населения, более 660 миллионов человек в мире до сих пор не имеют доступа к надежным источникам энергии (Рис. 4), что ограничивает для них возможности по улучшению качества жизни. Страны Африканского континента к югу от Сахары остаются наиболее уязвимыми — около 567 миллионов человек (около 86% от общего числа) не имеют доступа к электроэнергии.

© РИА НовостиРисунок 4. Соотношение среднего показателя индекса человеческого развития региона со средним показателем доступа населения к энергии, %

Рисунок 4. Соотношение среднего показателя индекса человеческого развития региона со средним показателем доступа населения к энергии, %

Энергетическая обеспеченность стран тесно связана с общим показателем уровня жизни населения. Одним из рейтингов, демонстрирующих уровень жизни населения в стране, является Индекс человеческого развития (ИЧР) ООН, это сводный показатель (от 0 до 1) ключевых аспектов человеческого развития: долгой и здоровой жизни, образованности и достатка. Чем выше значение, тем выше уровень жизни в государстве. Сопоставление данных ИЧР по регионам мира и уровню доступа населения к электричеству выявляет прямую корреляцию между этими показателями (Рис.5). Так африканские страны демонстрируют наименьшие значения по этим двум параметрам, в то время как страны Европы занимают лидирующие позиции.

© РИА НовостиРисунок 5. Соотношение извлекаемых запасов и потребления энергии в странах, выборочно

Рисунок 5. Соотношение извлекаемых запасов и потребления энергии в странах, выборочно

Энергетическая бедность влечет за собой отсутствие элементарных условий для жизни, доступа к медицинской помощи, получения современного образования. Согласно Докладу Всемирной Организации Здравоохранения (ВОЗ), ввиду использования в качестве топлива традиционной биомассы, домохозяйства тратят до 40 часов в неделю на заготовку дров и приготовление пищи, что не позволяет женщинам трудоустроиться, а детям посещать школу. В то время как развитые страны, обладая необходимыми технологиями и капиталом, строят генерирующие мощности, многие государства Африки не могут решить даже задачу базовой электрификации для своего населения.

При высоком ресурсном потенциале на Африканском континенте сохраняется низкий уровень энергообеспечения населения, а Германия и Япония, наоборот, при высоком уровне потребления энергии на душу населения обладают относительно низким показателем извлекаемых запасов (подробнее о сравнении показателей энергообеспеченности и извлекаемых запасов стран ниже в конце параграфа — обоснование к рисунку 5). При наименьших значениях доступа к энергии Африка обладает 30% мировых запасов полезных ископаемых, необходимых для низкоуглеродных технологий и цифровой инфраструктуры. Танзания богата запасами угля, при этом 70% добываемого угля уходит на экспорт.

Таким образом, Африка, обладая ресурсным потенциалом для низкоуглеродных технологий и энергетики, остается в ловушке энергетической бедности, в то время как развитые страны эффективно используют ограниченные запасы.

Проблема неравномерного соотношения ресурсообеспеченности страны и уровня жизни касается не только Африканского континента. Провинция Хадрамаут в Йемене — яркий пример "ресурсного проклятия", когда в стране есть богатые запасы ископаемых ресурсов, но потребление энергии на душу населения остается крайне низким. Так, несмотря на большие запасы нефти (Йемен входит в топ-30 стран по доказанным запасам нефти), регион живет за чертой бедности: доля населения, живущего в условиях крайней нищеты, составляет больше 30% (Рис. 6). История нефтедобычи в регионе связана с деятельностью крупных западных корпораций, таких как канадская Nexen, французская ľotal Energies, норвежская DNO ASA и канадская Calvalley. Хотя многие из этих компаний уже покинули Йемен, они оставили наследие в виде серьезных экологических и социальных проблем.

© РИА НовостиРисунок 6. Карта с выделением доли населения, живущего в условиях крайней нищеты, процент населения по показателю в Йемен

Рисунок 6. Карта с выделением доли населения, живущего в условиях крайней нищеты, процент населения по показателю в Йемен

Проблема недостатка энергии касается и некоторых стран Азии. Например, по данным Министерства энергетики Республики Казахстан, в стране наблюдается дефицит электроэнергии: потребление преобладает над производством (Рис. 7). В целом с 2025 по 2031 гг. потребление электроэнергии в стране увеличится на 28,2% — с 122,8 миллиарда до 157,5 миллиарда кВт-ч.23 В 2031 году дефицит достигнет максимума — 6,9 миллиарда кВтч, что сравнимо со средним годовым потреблением одной целой области Казахстана.

© РИА НовостиРисунок 7. Прогнозный баланс электрической энергии в единой электроэнергетической системе Республики Казахстан на период с 2025 по 2031 годы, млрд кВт-ч

Рисунок 7. Прогнозный баланс электрической энергии в единой электроэнергетической системе Республики Казахстан на период с 2025 по 2031 годы, млрд кВт-ч

Как и для многих развивающихся стран, природный газ сохраняет статус стратегического ресурса для Узбекистана, существенно влияя на экономику, энергетическую безопасность и состояние торгового баланса.

В 2023 году Узбекистан столкнулся с энергетическим кризисом, связанным с повсеместным износом инфраструктуры, отсутствием новых технологий и неэффективно работающей системой управления.

Согласно Страновому докладу Всемирного банка, для замены устаревающей энергетической инфраструктуры необходимы значительные инвестиции — 262 миллиарда долларов. В настоящее время на газ приходится свыше 70% генерации электроэнергии в стране. Однако, внутренняя добыча этого ресурса демонстрирует устойчивый отрицательный тренд (Рис. 8) — в 2024 году показатели стали рекордно низкими за последние двадцать лет.

© РИА НовостиРисунок 8. Добыча газа в Узбекистане (2018-2024), тВт-ч*

Рисунок 8. Добыча газа в Узбекистане (2018-2024), тВт-ч*

Газовый кризис приводит к острому дефициту: более 170 тысяч домохозяйств по всей стране остались без газоснабжения в пик кризиса, из-за веерных отключений прошли протесты во многих городах Узбекистана, тысячи школ, детских садов и больниц были переведены на уголь.

Обладая ограниченными собственными запасами угля и газа, Турция исторически сталкивается с высокой зависимостью от импорта энергоносителей, что создает угрозу ее энергетической безопасности. Несмотря на активное развитие солнечной генерации и гидроэнергетики, доля потребления первичной энергии из иск