Военкор Анна Прокофьева погибла в Курской области при взрыве заминированной ВСУ дороги

Анну Прокофьеву, лауреата (посмертно) премии ТЭФИ-2026, военкора Первого канала, взорвали вэсэушники. Они заминировали полотно автодороги в курском приграничье.

В марте Роберта Бровди признали виновным в совершении преступления и заочно приговорили к пожизненному заключению. Именно он отдал приказ о дистанционном минировании приграничных дорог. Анна Прокофьева подорвалась в Курской области на взрывном устройстве мощностью два килограмма в тротиловом эквиваленте. У нее не было ни малейших шансов, чтобы остаться в живых.

Бровди убил Анну потому, что она русская. Потому, что она журналист. И потому, что она честно выполняла свой долг. Убийца (согласно вынесенному приговору) и русофоб, но не какой-то сумасшедший фанатик "с кастрюлей на голове", Бровди занимает должность командующего войсками БПЛА в группировке ВСУ. Именно в этом качестве к нему пришли сотрудники Reuters, чтобы поинтересоваться, как террорист Бровди намерен расправляться с русскими. В Крыму. В Нечерноземье. В Москве. Заявленный им список целей и будущих жертв — не исчерпывающий.

Важнейшая причина преступного куража Бровди в том, что он — из западных земель Украины.

Там русофобия наравне с ненавистью к евреям, полякам, венграм цвела пышно и махрово последние как минимум 85 лет.

Война с нами, тогда с СССР, начатая Третьим рейхом, — это не 22 июня 1941 года. А раньше. Западные земли Украины рассматривались как таран, как разыгрываемая за ломберным столиком "третья карта". Ее иное название — украинский национализм. То есть нацизм. С украинским акцентом.

Полвека назад об этом первым сказал Юлиан Семенович Семенов в блистательном, но ныне практически забытом романе, который так и был назван — "Третья карта".

Третья — прокладка в столкновении и противостоянии двух государств. Тогда, 85 лет назад, это был нацистский рейх. Сегодня — объединенная Европа.

Один из самых значительных писателей нашей страны пробивал публикацию книги титаническими усилиями. Буквально своей головой боксера-тяжеловеса. Даже с его именем, славой, влиянием дело выглядело практически безнадежным.

Помог ему друг. Председатель КГБ Андропов. В итоге роман опубликовали в "Огоньке". Не в толстом интеллигентском журнале. А в самом что ни на есть народном.

Читатели ужаснулись. Описание творимого украинскими нацистами перекрывало все самые жесткие хроники времен Великой Отечественной войны.

Батальон "Нахтигаль" и записавшиеся в него выродки-западноукраинцы, громящие еврейские дома и убивающие, точнее забивающие палками, женщин, стариков и детей, фотографирующие злодеяния, расстреливающие русских, иногда раненых и беспомощных. Все это совершалось во имя торжества "украинской национальной идентичности".

Семенов выпустил "Третью карту" в 1975-м. С момента тотальной амнистии украинских нацистов из ОУН*-УПА* прошло 20 лет. Они отлично адаптировались и внедрились везде, где и куда внедриться смогли.

Советская официальная историография ради "братства народов" — и чтобы "не разжигать" — этого близоруко не заметила.

Советская интеллигенция (все эти киношники и литераторы, Семенова всегда ненавидевшие за талант, за успех и распускавшие о нем сплетни) в тот момент только и делала, что пела осанны "украинской национальной идентичности/самобытности". А фактически — украинскому нацизму. Так выглядела фронда разжиревшей на гонорарах и славе советской богемы.

Советская идеология, вроде жесткая к словам и мыслям, оказалась абсолютно беззащитной перед лицом украинского нацизма.

В "Третьей карте" главный герой Штирлиц (его настоящее имя — Всеволод Владимиров) выполняет задание центра по дискредитации украинских нацистов в глазах их прямых хозяев — гитлеровских бонз.

Штирлиц — наполовину украинец. Его мать, умершую от чахотки, когда мальчику было пять лет, звали Олеся Остаповна Прокопчук.

Практически все действующие лица "Третьей карты", за исключением главного героя, — подлинные. У Семенова был неограниченный доступ к советским, немецким, польским архивам. Совершенные злодеяния украинских нацистов, зафиксированные Семеновым в романе, подтверждены документально.

"Украинская национальная идентичность", как установил Юлиан Семенов, пропитана немыслимой кровью. И непредставимой жестокостью. А самое главное, ненавистью — до белого каления, животной, утробной — к русским. Ко всем нам.

Сегодня мы живем в реальности, которую Юлиан Семенович Семенов описал и проанализировал. С нами по-прежнему, как и 85 лет назад, используя "третью карту" украинского нацизма, Европа ведет войну на уничтожение.

Нам выбора просто не оставили. Украинские нацисты, те, кто нас убивает, взрывает и сжигает, должны быть (и будут) уничтожены. На этот раз — без амнистии и апелляции.