Пять главных мифов о начале Великой Отечественной войны

МОСКВА, 22 июн — РИА Новости. В России — День памяти и скорби: 85 лет назад нацистская Германия напала на Советский Союз. По просьбе РИА Новости научный директор Российского военно-исторического общества Михаил Мягков разобрал пять главных мифов, связанных с началом Великой Отечественной войны.

Миф первый: СССР сам готовился напасть на Германию, а вермахт нанес лишь "превентивный удар"

Этот тезис — один из самых устойчивых и политически ангажированных. Его корни уходят в послевоенную пропаганду, когда бывшие гитлеровские генералы, работая на американское командование, создавали "шпаргалки" для НАТО, как воевать с Советским Союзом. Они перекладывали вину за поражение на Гитлера, выгораживая себя. Позднее миф подхватил перебежчик Владимир Резун (писавший под псевдонимом Виктор Суворов) в книге "Ледокол".

© AP PhotoЙозеф Геббельс

© AP Photo

Йозеф Геббельс

Согласно заветам Геббельса, в любой лжи должно быть пять процентов правды. Реальность же была такова, что Советский Союз действительно проводил индустриализацию и укреплял армию — но для обороны, а не для нападения.

Сегодня этот миф актуален как никогда — он нужен для зачистки информационного пространства на Западе, чтобы представить Россию агрессором, а себя — жертвой. Это служит моральной подготовке европейского общества к перевооружению. Консолидация ЕС под флагом русофобии сегодня пугающе напоминает консолидацию Европы под гитлеровской свастикой в 1941 году.

Миф второй: Сталину докладывали точную дату нападения, но он не верил, из-за чего армия была застигнута врасплох

Это не совсем так. Наша разведка действительно героически работала и установила, что Германия готовит агрессию. Однако точная дата — 22 июня 1941 года — была неизвестна вплоть до последних часов, когда перебежчики уже ничего не могли изменить. Почему? Потому что Гитлер сам переносил сроки. Изначально нападение планировалось на май, но из-за Балканской кампании вторжение отложили. Дату 22 июня утвердили только 30 апреля.

Кроме того, Геббельс развернул гигантскую дезинформационную кампанию: через посольства и агентов внушалось, что Гитлер не нападет на СССР, пока не разделается с Британией. Перед Сталиным лежали примерно равные стопки донесений: одни говорили о неминуемой войне, другие — о том, что ее удастся отсрочить. Таким образом, утверждать, что Сталин "проспал" агрессию, неверно. Он знал, что война будет, но ее точный срок был скрыт мощнейшей завесой дезинформации.

Миф третий: у красноармейцев не было мотивации воевать за советскую власть, отсюда массовые сдачи в плен и дезертирство

Советское общество было в целом подготовлено к отражению агрессии. Перед войной выросло поколение, воспитанное на патриотических фильмах и книгах. В середине тридцатых ввели единый учебник по истории. До этого историческое образование в СССР строилось преимущественно вокруг революционной борьбы, смены формаций и классовых противоречий. Новый подход кардинально изменил ситуацию: в школьную программу вернули древнерусских князей, полководцев, героев прошлых веков — от Александра Невского и Дмитрия Донского до Суворова и Кутузова.

Молодежь массово занималась спортом — в частности, стрельбой: в рамках ГТО и юноши, и девушки сдавали нормативы на звание "Ворошиловский стрелок". Это были образованные, смелые и решительные люди. Западные исследователи даже признавали, что советский десятиклассник того времени превосходил по подготовке ровесника — воспитанника гитлерюгенда.

© AP PhotoНемецкие солдаты при поддержке бронетранспортеров входят в горящую советскую деревню. 26 июня 1941 года

© AP Photo

Немецкие солдаты при поддержке бронетранспортеров входят в горящую советскую деревню. 26 июня 1941 года

Другое дело — внезапность нападения и хаос отступления, на которые рассчитывал враг, действительно сыграли свою роль.

Что касается коллаборантов, то их общее число, по оценкам историков, составляло около 800 тысяч. "Русская освободительная армия" (РОА) генерала Власова в пик своего формирования насчитывала не более 40 тысяч человек. Особыми зверствами против мирного населения отличались каратели из Прибалтики и с Западной Украины. В боях же с регулярной армией соединения коллаборантов быстро терпели поражение.

Миф четвертый: Красную армию обезглавили репрессии, поэтому она не могла эффективно действовать

Репрессии в армии действительно были. Однако называть их главной причиной неудач неверно. К сентябрю 1939 года в РККА было 1,9 миллиона человек, к июню 1941-го — уже более пяти миллионов. Армия реформировалась, создавались новые механизированные корпуса, но им не хватало техники, радиостанций и опытных кадров. В любом случае была бы армия "обезглавлена" или нет, она все равно испытывала бы колоссальный недостаток командиров с высшим образованием из-за стремительного роста. Гитлер просто не дал времени завершить реорганизацию.

Вместе с тем фактор репрессий сказался в психологическом плане: многие командиры боялись брать на себя инициативу и рисковать, памятуя о 1937-1938 годах. Пример генерала армии Дмитрия Павлова, командующего Западным фронтом, показателен: он отвел артиллерию на 100 километров в тыл, опасаясь спровоцировать немцев, и в итоге армия осталась без огневой поддержки.

Спустя месяц после вторжения Павлова расстреляли за трусость. Кузнецов же дошел до Берлина — именно он возглавлял 3-ю ударную армию Белорусского фронта, чьи бойцы водрузили Знамя Победы над Рейхстагом.

© РИА Новости / Сергей Лоскутов | Перейти в медиабанкКомандующий 3-й ударной армией генерал-полковник Василий Иванович Кузнецов приветствует воинов 1-го Белорусского фронта на Параде Победы на Красной площади 24 июня 1945 года

Командующий 3-й ударной армией генерал-полковник Василий Иванович Кузнецов приветствует воинов 1-го Белорусского фронта на Параде Победы на Красной площади 24 июня 1945 года

Миф пятый: Сталин в первые дни войны впал в прострацию, бросил все и уехал на дачу

Этот миф, запущенный генсеком Никитой Хрущевым на XX съезде партии, легко разоблачается документами — дневником посещений кремлевского кабинета Сталина. Двадцать второго июня и в последующие дни в кабинете постоянно находились маршалы Георгий Жуков и Семен Тимошенко, нарком внутренних дел Лаврентий Берия, секретарь ЦК Компартии Георгий Маленков.

В эти дни под личным контролем Сталина были созданы Ставка Главного командования, Государственный комитет обороны, Совет по эвакуации. Была объявлена мобилизация, и в течение нескольких недель в армию призвали пять миллионов человек.