«Моя лебединая песня». У британского актера диагностировали болезнь Альцгеймера — теперь он сыграет в монодраме Беккета

«Моя лебединая песня». У британского актера диагностировали болезнь Альцгеймера — теперь он сыграет в монодраме Беккета

Автор, Джим Рид

Место работы, Би-би-си

Опубликовано 31 августа 2026

Четыре дня подряд Питер Маринкер приходил на репетиции, которых в тот день не было. Из-за деменции даты репетиций перепутались у него в голове.

Тем не менее сейчас он готовится к тому, что большинство актеров сочли бы непосильной задачей даже при идеальной памяти: самостоятельно сыграть на лондонской сцене всеми любимую пьесу Сэмюэля Беккета.

85-летний Маринкер наиболее известен своей работой в озвучке: от радиопостановок и видеоигр до крупнобюджетных фильмов, таких как «Лабиринт» и «Паддингтон в Перу».

На экране он сыграл советника президента США в фильме «Реальная любовь» и одного из пассажиров самолета в драме «Рейс 93».

В 2023 году он играл Гэндальфа в сценической версии «Властелина колец», однако в какой-то момент почувствовал, что «отключается», и дублеру пришлось заменить его до конца сезона.

После этого последовали МРТ и другие медицинские обследования. А два года назад у него диагностировали болезнь Альцгеймера.

«Мне просто пришлось с этим смириться, — говорит он. — Это объясняло, почему я постоянно что-то терял — и тогда я начал смеяться над собой, над всеми этими глупостями, которые я делаю снова и снова».

В такой ситуации другие актеры, возможно, уже не согласились бы выступать перед живой аудиторией.

Но Маринкеру неожиданно позвонил человек, с которым он тесно сотрудничал в прошлом — Дэйв Уайброу, директор лондонского театра Cockpit.

Идея заключалась в том, чтобы поставить «Последнюю ленту Краппа» — напряженную монодраму, в которой стареющий писатель прослушивает записи себя молодого, вспоминая всю свою жизнь, полную сожалений и упущенных возможностей.

«Это потрясающее представление и потрясающий текст», — говорит Вайброу, чья мать в конце жизни также страдала потерей памяти.

Репетиции идут с конца июня, чтобы дать Маринкеру дополнительное время на подготовку. Для реализации этого проекта собралась целая команда.

Во время всех представлений рядом с декорациями будет стоять режиссер-постановщик, по всему театру будут расставлены экраны с телесуфлером, а у Маринкера будет маленький наушник, чтобы ему можно было быстро подсказать текст, если он забудет свои реплики.

Вайброу настаивает, что речь идет не о том, чтобы скрыть болезнь Маринкера, а о том, чтобы показать, что совместная творческая работа по-прежнему более чем возможна даже с диагнозом «деменция».

Маринкер говорит, что с самого первого дня у него не было никаких опасений.

«Дэйв спросил, хочу ли я это сделать, и я просто ответил: „Да. О да, да, да, да!“, — говорит он. — Я все равно буду нервничать [в премьерный вечер], но знаю, как с этим справиться — это просто адреналин».

Эхо прошлого

Это не первый раз, когда Маринкер играет в этой пьесе. Впервые он исполнил эту же роль в 1983 году.

Творческая группа обнаружила записи того спектакля, сделанные на катушечный магнитофон более 40 лет назад, и они будут вплетены в новую постановку, где его герой снова и снова вслушивается в голос, принадлежащий ему самому в молодости.

Одна из особенностей болезни Альцгеймера состоит в том, что потеря памяти может быть избирательной, а не равномерной.

На ранних стадиях заболевания одними из первых поражаются области вокруг гиппокампа, расположенные глубоко в височных долях головного мозга.

Эта область играет ключевую роль в формировании и воспроизведении того, что ученые называют эпизодическими воспоминаниями: воспоминаниями о конкретных событиях и переживаниях в жизни человека.

Именно поэтому людям с болезнью Альцгеймера, например, может быть трудно вспомнить семейный отпуск, разговор с другом или чье-то имя.

Однако другие воспоминания, связанные с хорошо отработанными навыками и повседневными действиями, могут оказаться более устойчивыми.

«К информации, хранящейся в долгосрочной консолидированной памяти, часто легче получить доступ, чем к новым воспоминаниям, которые только что сформировались», — говорит Тара Спайрс-Джонс, профессор по нейродегенерации Эдинбургского университета и автор книги Fighting for Our Minds («Битва за наш ум»).

Это помогает объяснить, почему некоторые люди с болезнью Альцгеймера по-прежнему могут заварить чашку чая, вспомнить слова песен или даже исполнить музыкальное произведение или хорошо отрепетированный театральный текст — даже когда другие воспоминания, возможно, уже начали стираться.

Борьба со стигмой

Вся прибыль от четырехдневных театральных представлений пойдет в пользу Alzheimer's Society — организации, которая помогла Питеру после постановки диагноза.