Дилемма иранской диаспоры: болеть за сборную или против режима?
نظرة سريعة
- Крупнейшая иранская диаспора в Лос-Анджелесе разрывается между желанием поддержать национальную сборную по футболу и неприятием режима Исламской Республики.
- Использование дореволюционного флага запрещено ФИФА, а матчи проходят на фоне войны, объявленной Ираном.
- Болельщики испытывают смешанные чувства, отождествляя команду с государством и Корпусом стражей Исламской революции.
ملخص مُنشأ بالذكاء الاصطناعي
Автор, Би-би-си
Опубликовано 4 часа назад
Время чтения: 7 мин
Болеть за Иран или нет? Вот в чем дилемма, мучающая крупнейшую иранскую диаспору, в то время как ажиотаж вокруг происходящего на чемпионате мира в США нарастает.
Всего в нескольких минутах езды от стадиона SoFi трехцветный флаг Ирана повсеместно развевается по всему «Тегерангелесу» — району Лос-Анджелеса, известному своей многочисленной персидской общиной. Только это не флаг Исламской Республики, а дореволюционный — с изображением льва и солнца, который используется как символ сопротивления нынешнему правительству Ирана.
Считая этот флаг своего рода политическим заявлением, ФИФА запретила его использование на стадионах чемпионата мира. Однако 16 июня, во время дебютного матча Ирана против Новой Зеландии, некоторым болельщикам все же удалось пронести его на стадион.
Назвать матчи Ирана политически заряженными — это еще сказать мягко, и ожидается, что эмоции будут бурлить и во время второго матча против Бельгии, который также пройдет в Лос-Анджелесе.
«Мы хотим увидеть нашу команду и хотим, чтобы она победила, но в то же время мы ненавидим Исламскую Республику Иран, ее правительство и ее репрессии», — сказала американоиранка из Лос-Анджелеса, которая попросила не называть ее имени из соображений безопасности.
Эти сложные эмоции еще больше усиливает то обстоятельство, что большинство матчей проходит в стране, в феврале объявившей Ирану войну.
Команда Melli — так на фарси называется национальная сборная — начала свою седьмую кампанию на чемпионатах мира в то время, когда чернила на свежем соглашении о прекращении боевых действий еще не высохли, и многие иранцы испытывают по этому поводу смешанные чувства.
«Это не моя команда», — сказал Эрик Саддит, владелец магазина ковров в Тегерангелесе.
Самое популярное
Эрик Саддит, владелец магазина ковров в Тегерангелесе.
«Она не представляет Иран, и поддерживать ее — значит поддерживать Корпус стражей Исламской революции», — добавил он, имея в виду влиятельную военно-политическую силу, защищающую исламский режим.
Для некоторых болельщиков отождествление сборной с государством не так однозначно.
Перед стартовым матчем команды 16 июня болельщики освистали национальный иранский гимн, но с началом игры свист сменился овациями.
Элика, еще одна американка иранского происхождения из Лос-Анджелеса, выросла, смотря футбольные матчи вместе со своим отцом, умершим в 2020 году.
«Я почувствовала необходимость прийти [на футбол] в память о своем отце и в честь иранцев, которые просто хотят мира и хотят иметь возможность получить удовольствие от такого матча», — сказала она.
«Играем для иранцев во всех уголках мира»
Канал Би-би-си в WhatsApp
Тут мы публикуем только главные новости и самые интересные тексты. Канал доступен для нероссийских номеров.
Подписывайтесь
В Иране, где безумно любят футбол, из-за войны практически невозможно пробудить какой-то интерес к этому чемпионату мира.
«После нескольких недель жизни под ежедневными бомбардировками, а теперь еще и с инфляцией, сделавшей жизнь непосильной, смотреть футбол и получать удовольствие от чемпионата мира кажется чьей-то фантазией или шуткой», — рассказала Всемирной службе Би-би-си иранка Бафи, попросившая изменить ее имя.
Неда (имя тоже изменено) считает, что для того, чтобы болеть за иранскую сборную, приходится наступать на горло собственным убеждениям.
«Мои чувства притупились, — сказала она. — Да, мне нравится видеть, как команда радуется или празднует, но сама я ничего не чувствую».
Сами же иранские футболисты заявили, что хотят быть объединяющей силой.
«Мы играем для иранцев во всех уголках мира», — сказал журналистам нападающий Мехди Тареми.
Это сложная задача, поскольку различные силы пытаются использовать сборную Ирана для достижения собственных политических целей.
«Существует настоящая армия болельщиков, которая объединяет людей, несмотря на политические разногласия. Но при этом предпринимаются попытки подорвать эту поддержку, чтобы внести раскол между иранцами, — отметила американка иранского происхождения Ники Ахаван, профессор медиаисследований иранско-американского происхождения из Католического университета Америки в Вашингтоне. — И, конечно же, есть государственные структуры, которые преследуют свои политические цели и стремятся присвоить себе все символы иранской культуры».
Политическая обстановка негативно сказалась на логистике подготовки Ирана к чемпионату мира.
Опасения по поводу виз и безопасности привели к тому, что команда перебазировалась из Тусона, что в штате Аризона, в приграничный город Тихуану в Мексике.
Игроки жаловались на постоянные переезды, а некоторые обозреватели ставили под сомнение справедливость сложившейся для команды ситуации.
В заявлении от 19 июня Федерация футбола Ирана сообщила, что подаст официальную жалобу в ФИФА в связи с ограничениями на поездки — визовые условия требуют, чтобы команда прилетала в США всего за день до матча и покидала страну в тот же день сразу после игры.
Федерация заявила, что это «противоречит принципу обеспечения равных условий для всех команд-участниц».
Исполнительный директор рабочей группы Белого дома по вопросам ФИФА Эндрю Джулиани заявил, что Иран знал, с какой ситуацией ему придется столкнуться в связи с матчами.
«Сложные обстоятельства»
«Иран всегда переживает какие-то сложные обстоятельства, футбол никогда не был отделен от окружающей его геополитики», — сказала профессор Ахаван.
С момента дебюта на чемпионате мира 1978 года со сборной Ирана не раз происходили случаи с политическим подтекстом — в том числе матч 1998 года с США, с которыми Иран разорвал дипломатические отношения в 1980 году.
Тогда были опасения за безопасность обеих команд за пределами футбольного поля. Накануне матча президент США Билл Клинтон выступил с примирительной речью, сказав: «Надеюсь, что сегодняшний матч между американскими и иранскими спортсменами станет еще одним шагом на пути к преодолению отчуждения между нашими народами».
Тысячи болельщиков праздновали на улицах Ирана, когда сборная страны выиграла со счетом 2:1, выбив США из чемпионата мира.
В Катаре в 2022 году Иран играл на фоне широкомасштабных антиправительственных протестов, разразившихся на родине футболистов и вызванных смертью Махсы Амини в заключении (ее задержала полиция нравов за якобы нарушение строгих правил ношения хиджаба).
«В тот момент, в разгар движения „Женщины, жизнь, свобода“, я думаю, что движение за бойкот национальной сборной было гораздо сильнее, и люди говорили: „Это не сборная Ирана, это сборная государства“», — сказала профессор Ахаван.
Права женщин
Исторически для женщин в Иране сам спорт также был запретной зоной.
На протяжении десятилетий после Исламской революции 1979 года женщинам-болельщицам было запрещено посещать мужские спортивные соревнования.
В 2019 году Сахар Ходаяри была арестована, когда пыталась попасть на футбольный стадион. После того как ее судебное разбирательство было отложено, Ходаяри подожгла себя и скончалась неделю спустя. Этот случай вызвал широкий резонанс и усилил давление на режим с требованием ослабить ограничения.
В августе 2022 года иранским женщинам разрешили посетить матч национального чемпионата по футболу. Однако в том же году, по данным Human Rights Watch, женщинам-болельщицам не разрешили пройти на стадион в восточной части Ирана, чтобы посмотреть отборочный матч к чемпионату мира в Катаре.
«Хотя этот запрет не закреплен в законе или нормативных актах, власти регулярно его применяют на протяжении десятилетий», — заявила Human Rights Watch.
Женская сборная Ирана прошла через собственные испытания.
В этом году, после того как они отказались исполнять гимн на матче Кубка Азии в Австралии, один из иранских комментаторов назвал их «предателями в военное время», что вызвало опасения за их безопасность после возвращения на родину.
«Почему бы нам просто не порадоваться?»
«Я искренне надеюсь, что это станет тем мостом, который поможет преодолеть боль и горе, которые столь многие из нас испытывали на протяжении последних 40 с лишним лет», — добавила она.
Другая болельщица, Идин Дехдашти, согласилась с ней.
«Даже до войны, до того, как погибли люди, быть иранцем на стадионе всегда было трудно, — рассказала она Би-би-си у входа на стадион в Лос-Анджелесе. — Но это забирает много сил. Это изматывает. Почему бы нам не порадоваться тем, что происходит? Ведь даже не все страны прошли отбор [в финальную часть чемпионата мира]».
