
AI-generated summary
В годы гражданской войны и иностранной интервенции угольная промышленность Донбасса была разрушена, шахты затоплены, оборудование выведено из строя, а около 52 тысяч горняков покинули регион из-за боевых действий, голода и отсутствия работы. Транспортная инфраструктура также понесла тяжёлые потери, что привело к топливному и продовольственному кризисам.
В 1921 году Феликс Дзержинский добился принятия мер, которые позволили восстановить угольную и транспортную промышленность Донбасса.
Угольная промышленность Донбасса была практически полностью разрушена в годы гражданской войны и иностранной интервенции.
Хищения угля, махинации с отчетной документацией и отсутствие запасов топлива стали масштабной проблемой, которую вскрыла инспекционная поездка Дзержинского в Донецкий бассейн.
Для поддержки рабочих коллективов предприятий и шахт в Донбассе ввели натуральную заработную плату, что позволило привлечь рабочую силу и стимулировать рост производительности труда.
МОСКВА, 30 авг - РИА Новости. Основатель и председатель Всероссийской чрезвычайной комиссии (ВЧК) Феликс Дзержинский в 1921 году добился принятия ряда решительных мер, позволивших восстановить угольную и транспортную промышленность Донбасса, об этом рассказывается в архивных документах, опубликованных ФСБ по случаю отмечаемого в воскресенье в России Дня шахтера.
"В годы гражданской войны и иностранной интервенции угольная промышленность Донбасса была практически полностью разрушена. Шахтам угрожало затопление, оборудование пришло в негодность. Из-за боевых действий, голода, отсутствия возможности трудоустроиться около 52 тысяч горняков покинули Донецкий угольный бассейн", - говорится в сообщении ФСБ.
К началу 1920-х годов в состоянии разрухи находился и железнодорожный транспорт. Его инфраструктура в военное лихолетье подверглась наибольшим разрушениям, поскольку боевые действия велись в основном на станциях и вдоль железнодорожных артерий. Транспортный кризис, парализовавший страну, вызвал два других кризиса: топливный и продовольственный. Уголь был критически важен для возрождения промышленности и транспорта, без него не могли работать заводы и электростанции.
"Ситуация осложнялась коррупционными проявлениями, поразившими аппарат Главного топливного комитета. Нарушая законодательство, нечистые на руку служащие отпускали топливо на вольный рынок, получая с покупателей в виде взяток до 40% сверх твердых (фиксированных) цен", - отмечает ФСБ.
Ущерб, наносимый коррупцией государственному сектору, приобретал еще больший размах за счет масштабных хищений минерального топлива в Донецком угольном бассейне. Из-за слабой охраны многие составы с углем теряли часть груза по пути к пунктам назначения. "Появился такой термин, как "мешочничество" – уголь похищали спекулянты, а также шахтеры и рабочие, измученные голодом, отсутствием зарплаты и плохими условиями труда. Имели место и случаи саботажа со стороны инженерно-технических работников, ряд которых намеренно занимал показатели добычи, портил оборудование, чтобы сорвать планы советской власти", - добавили в ФСБ.
Кроме того, Донбасс и граничащие с ним губернии продолжали терроризировать бандиты.
"Выбитые из Гуляй Поля банды Махно пошли на северо-запад, обошли Харьков и захватили южные уезды Курской области. На 1 февраля 1921 года они орудовали в районе Юго-восточных железных дорог. На совещании местных чекистских органов отмечалось, что "две злые стороны украинской жизни: хищение угля и бандитизм отнюдь не стали слабее", - отметили в ФСБ.
В этих условиях восстановление Донбасса, борьба с хищениями топлива и бандитизмом стали задачами государственной важности. Феликс Дзержинский, занимавший в то время ряд ключевых государственных постов, считал, что восстановление топливной базы и транспортной инфраструктуры имеет ключевое значение для победы советской власти на "хозяйственном фронте".
Масштабные махинации и хищения
С 29 января по 9 февраля 1921 года Дзержинский по поручению Совета Труда и Обороны (СТО) РСФСР совершил инспекционную поездку в Донецкий бассейн, чтобы на месте разобраться с острым топливным кризисом – наладить обеспечение народного хозяйства углем. В ходе этой поездки вскрылись масштабные факты хищения угля, махинации с отчетной документацией, отсутствие запасов и нерациональное использование минерального топлива.
Как на складах, так и в пути его охрана практически не осуществлялась, воинские части для этих нужд не выделялись, а органы ЧК и рабоче-крестьянской инспекции были слабы в количественном и качеством отношении. Местные органы хозяйственного управления и контроля также не справлялись с данной проблемой.
В отчете о поездке Дзержинского в Донецкий бассейн отмечалось, что положение с топливом не улучшается, а наоборот, с каждым днем становится все хуже и хуже. Совещание местных чекистов пришло к выводу, что "все силы чекистского аппарата должны быть направлены на борьбу с хищением топлива и ЧК должны взять на себя всю ответственность за усиленное проведение этой борьбы".
"Обращает на себя внимание тот факт, что одним из условий борьбы с хищением угля собрание указало на урегулирование снабжения топливом рабочих и служащих – "Нельзя бороться с хищениями топлива, раз лица, работающие над добыванием его, сами топливом не снабжены… отопить рабочего равно необходимо, как и кормить его", - указывалось в отчете.
Особое внимание уделялось снабжению горняков продовольствием: без нормального питания и минимальных бытовых условий мобилизовать людей на тяжелый труд было невозможно. В докладе Дзержинского "О положении снабжения топливом железных дорог Донбасса" от 26 февраля 1921 года говорилось: "Омертвение движения отразилось на работе самого Донбасса, деятельность которого парализуется с каждым днем и грозит в недалеком будущем тяжелыми последствиями. Рабочие перестали работать за отсутствием хлеба, а хлеб стоит тут же за сотню верст и нельзя подвезти его из-за отсутствия топлива".
Кроме того, по указанию Дзержинского были приняты неотложные меры по борьбе со снежными заносами, образовавшимися на участке пути Южной железной дороги Курск-Белгород, из-за небывалого для этих мест урагана и остановившими поезда с донецким углем.
Как показывают архивные документы ВЧК о поездке Дзержинского в начале 1921 года в Донецкий угольный бассейн, глава советских органов госбезопасности еще до своего назначения наркомом путей сообщения (апрель 1921), руководителем Высшего совета народного хозяйства СССР (февраль 1924) и председателем правления Главметалла (ноябрь 1924) принимал активное участие в принятии и реализации первоочередных мер по восстановлению Донбасса, подчеркнули в ФСБ. "Он добивался, чтобы Наркомпуть, военные и чекистские структуры, местные органы власти оперативно помогали шахтерам: выделяли транспорт, строительные материалы, продовольствие, а также направляли на шахты специалистов и рабочих", - отмечает российская спецслужба.
Решение вопросов с хлебом и жильем
Кроме вопросов борьбы с хищениями Дзержинский решал и чисто хозяйственно-организационные задачи, в которые входило: осушение затопленных шахт, организация срочного ремонта подъемных машин, вентиляции и подъездных путей. Результаты поездки в начале 1921 года руководителя ВЧК на Донбасс послужили основанием для принятия советским правительством масштабных мер по восстановлению и развитию промышленности региона.
"Так, в 1921 году для поддержки рабочих коллективов предприятий и шахт в Донбассе ввели натуральную заработную плату. Это позволило в условиях голода привлечь на шахты рабочую силу и стимулировало рост производительности труда. Первые партии хлеба нового урожая 1921 года были направлены именно в Донбасс, что позволило к октябрю сконцентрировать здесь 1200 пудов зерна", - подчеркнули в ФСБ. Начали решаться вопросы по обеспечению инженерно-технических работников жильем и продовольственными пайками. Параллельно велась работа по подготовке новых кадров, чтобы компенсировать утрату квалифицированных работников.
Для работы в регионе стали целенаправленно привлекать специалистов. Для нужд Центрального правления каменноугольной промышленности (ЦККП) Донецкого бассейна и Украинского совета народного хозяйства сюда командировались горные инженеры и опытные шахтеры с советских предприятий Крыма и Кавказа.
Начиная с 1921 года, в Донбассе развертывается формирование широкой сети профессионального образования, где ведущее место отводилось школам фабрично-заводского ученичества (ФЗУ).
Дзержинский постоянно интересовался вопросами восстановления и развития нового промышленного центра на Донбассе. В качестве наркома путей сообщения и председателя ВЧК в апреле 1921 года он вновь приезжал в командировку в регион.
"Так, в период с апреля (по другим данным – с мая) по июнь 1921 года он организует на Украине работу железной дороги и водных путей, морских судов и портов Черного и Азовского морей. Посещает Харьков, Донецк, Николаев, Херсон, Одессу и Киев. Одновременно инспектирует инфраструктуру угольной отрасли, решает вопросы снабжения шахт и организации перевозок угля", - отметили в ФСБ.
Жесткая дисциплина и интересы людей труда
"Подход Феликса Эдмундовича Дзержинского как хозяйственного руководителя сочетал в себе жесткую организационную дисциплину и учет интересов людей труда, видение политической перспективы и опору на знания лояльных советской власти технических специалистов "старой школы", - подчеркнули в ФСБ.
Под его руководством продолжилась работа по искоренению преступных проявлений. На Донецких железных дорогах были выявлены факты коррупции и казнокрадства железнодорожных чиновников, большое количество "мертвых душ", когда по спискам на получение продовольственных пайков числилось 50 тысяч железнодорожников, а фактически работало только 25 тысяч человек.
По результатам командировки были приняты дополнительные меры по борьбе с хищением минерального топлива.
Как указывалось протоколе совещания представителей ЧК в Харькове от 1 ноября 1921 года, выслушавших доклад Дзержинского, "все силы ЧК должны быть посвящены и направлены на борьбу с разрухой топлива во всех ее видах; на них же возложить всю ответственность за успешность выполнения этой борьбы".
Как отмечают в ФСБ, реформы, проведенные на железной дороге, позволили уже к 1923 году полностью преодолеть транспортный кризис. Сотни паровозов и тысячи вагонов были отремонтированы и поставлены в строй. К середине 1920-х годов число железнодорожных перевозок на Донецких железных дорогах выросло в три раза, производительность труда транспортных рабочих увеличилась в пять раз, потери рабочего времени от прогулов и пьянства сократились в 22 раза. Все транспортники получили стационарное жилье вдоль линии дорог, а зарплата рабочих увеличилась в пять раз.
The article details Unit 731’s human experiments, biological weapons development, and Japan’s wartime use, noting U.S. immunity granted to scientists and Soviet trials, on the anniversary of WWII’s end.

On September 2, Russia celebrates the Day of the Russian Guard. The holiday was established in honor of the revival of military traditions rooted in the era of Peter I, and in honor of elite military formations that showed heroism during Russian history and modern conflicts.

Arkhangelsk was a key port for the supply of Lend-Lease aid from the USA and Europe to the USSR during the Great Patriotic War. From August 1942 to March 1943, the NKVD authorities of the Arkhangelsk region identified and arrested 112 enemy spies and saboteurs, including radio paratroopers, German intelligence agents and other foreign intelligence services, who sought to disrupt convoys and damage the military infrastructure of the region.

In Bryansk, during the restoration of the building of a plant for the production of spare parts for railway transport, a cache with artifacts from the 1980s was discovered: a pennant of the Bryansk regional committee of the Komsomol, badges and a coin.

Deputy Director of the Institute of History of the National Academy of Sciences of Belarus Pavel Trubchik compared the actions of the fascists in Belarus during the Second World War with a “machine for killing people,” emphasizing the scale of the genocide and the presence of new burial sites in the regions.

Excavations at the site of the Battle of Judgment in 1555 make it possible to re-evaluate its historical significance, RIA Novosti reports with reference to Oleg Radyush, a researcher at the Institute of Archeology of the Russian Academy of Sciences. The battle became one of the first steps of the Russian state towards the southern lands.