Практически одновременно с выступлением Владимира Путина на сессии клуба "Валдай" канцлер Фридрих Мерц произносил речь в Мюнстере на вручении международной премии Вестфальского мира. Этот комплекс соглашений положил конец разрушительной Тридцатилетней войне первой половины XVII века, сформировавший Европу нового времени. До двух мировых войн прошлого столетия Европа не переживала конфликтов, сопоставимых по кровавости с Тридцатилетней, и ее значение для европейской истории невозможно переоценить. Германия тогда пострадала больше всех — и поэтому для нее Вестфальский мир значит очень много. Так что Мерц говорил о мире в Европе и угрозах ему со стороны России — по сути, отвечая Путину.
Ведь наш президент в тот же день заявил о том, что Россия не собирается ни на кого нападать ни в 2029-м, ни в 2050 году — о первой дате уже несколько лет кричат в Европе, предсказывая, что, разобравшись с Украиной, Россия примется за Старый Свет. Путин сказал, что разговоры Европы о российской угрозе призваны отвлечь внимание от собственной агрессивной политики. Эта уверенность Москвы базируется в том числе на том, что Украина никогда не была Европой, а сейчас рассматривается фактически как часть европейского сообщества. Для Запада война на Украине — это не кровавое последствие бездумного распада СССР и последующих западных попыток закрепить раздел двух частей одного народа и забрать себе Украину, а наглое нападение России на Европу.
Именно так пытается представить дело Мерц — и его мюнстерская речь очень показательна. Он требует от России "закончить войну и прекратить свои гибридные атаки на Европу" — и пугает немцев и других европейцев: "Если нам не удастся обуздать Москву, российская военная машина рано или поздно обернется против нас и НАТО. Мы не должны закрывать глаза на эту опасность. Через три поколения после 1945 года война вернется в нашу часть Европы".
Канцлер даже нарисовал ужасы этой войны: "Станут ли тогда страны Балтии полем битвы для беспилотной войны, как сейчас Донбасс? Какие крупные европейские города станут целью баллистических ракет, которые Россия запускает сейчас по населению Киева и Харькова? Станем ли мы, немцы, в конечном итоге тоже мишенью? Переживем ли мы снова ужасы войны воочию?"
Напугав сограждан и всех европейцев, Мерц выдал рецепт того, как не допустить катастрофы: нужно не ослаблять поддержку Украину. Ведь "если мы потерпим неудачу в Германии, то и Европа потерпит неудачу. Если же мы останемся непоколебимыми, то и Европа останется непоколебимой". То есть должны вместе стоять за Украину — защищая Европу.
Кто же мешает этому единству? Ведь опросы свидетельствуют о том, что в ключевых странах Европы все меньшей популярностью пользуется идея "стоять с Украиной до конца". Мешает, конечно, все та же Россия — ведь она проводит кампании дезинформации руками своих марионеток: "В Германии мы тоже не позволим себя разделить — ни гибридными атаками, ни разжиганием ненависти в социальных сетях, распространяемой московскими ботами, ни лозунгами партии "Альтернатива для Германии" и ее российских кукловодов".
То есть канцлер обвиняет самую популярную партию Германии (чья поддержка уже в полтора раза больше, чем у его партии, и скоро сравняется с рейтингом всей правящей коалиции) в том, что она является марионеткой иностранного государства, которое собирается напасть на Германию. При этом и это государство, Россия, и эта партия, АдГ, говорят о том, что хотят нормальных, взаимовыгодных отношений между двумя странами — и не хотят, чтобы Украина была в ЕС и в НАТО, а Европа воевала с русскими украинскими руками. Ну а Мерц и атлантисты в целом делают вид, что не понимают, о чем идет речь: какая такая европейская экспансия на восток? Вы лучше представьте себе, как русские ракеты бьют по немецким городам! И не задавайте вопрос, зачем это России, просто верьте в то, что после Украины Россия двинется на Европу.
