Психоделическая терапия как метод лечения депрессии: надежды и риски

От ретритов в Южной Америке до клинических испытаний в Ньюкасле — психоделическая терапия привлекает все большее внимание как возможный метод лечения депрессии. Смогут ли галлюциногенные препараты однажды стать частью британской Национальной системы здравоохранения (NHS)?

Клэр Торпи пробовала традиционные формы поддержки психического здоровья, в том числе консультации у психолога. Но, по ее словам, от некоторых симптомов избавиться так и не смогла.

«Я испытывала глубокую печаль. Я жила в постоянном тревожном состоянии», — говорит она.

Клэр — жительница Тайнмута на севере Англии, — в детстве провела несколько лет в приюте. Она говорит, что трудности, с которыми она сталкивалась, взрослея, усугубились смертью отца и бабушки в течение двух лет подряд.

«Ничто не могло по-настоящему изменить мое внутреннее состояние. Я была глубоко опечалена и не хотела жить», — говорит она.

В поисках альтернатив Клэр отправилась в Южную и Центральную Америку, чтобы посетить ретриты, где участники легально принимают психоделики в рамках терапевтических программ под руководством специалистов.

На этих ретритах использовались псилоцибин — психоактивное соединение, содержащееся в галлюциногенных грибах, — и аяуаска — традиционный амазонский напиток, содержащий психоделическое соединение ДМТ (диметилтриптамин).

Психоделический туризм набирает популярность, но эксперты предупреждают, что неэтичные и нерегулируемые методы лечения могут представлять серьезную опасность. Поступали сообщения о случаях смерти участников после посещения ретритов за рубежом.

Однако Клэр утверждает, что для нее этот опыт стал переломным.

«Только когда я начала принимать эти вещества, мне стало легче, — говорит она. — Я начала обретать состояние покоя и счастья. Это привело меня к пути прощения. Я не верю, что обычная разговорная терапия помогла бы мне достичь такого результата».

В Великобритании псилоцибин и ДМТ относятся к наркотикам класса A и включены в так называемый «Список 1», что означает, что они не имеют признанного медицинского применения. Тем не менее интерес к терапии с использованием психоделиков растет.

В клинике Care Pathway Enhancement (CaPE) в Ньюкасле, управляемой местным отделением Национальной службы здравоохранения, исследователи изучают, может ли псилоцибин помочь в лечении таких состояний, как депрессия.

Существует теория, что при использовании в контролируемых условиях психоделики могут помочь людям справиться со сложными мыслями и эмоциями. Некоторые исследователи сравнивают сознание со снежным шаром: препараты временно нарушают устоявшиеся схемы мышления, позволяя взглянуть на прошлый опыт по-новому.

Консультант-психиатр доктор Мурад Вахба, возглавляющий исследование, говорит, что участники часто отмечают значительные изменения в том, как они воспринимают себя и свои переживания.

«Идея заключается в том, что благодаря этому опыту люди могут изменить свое поведение и модели мышления», — говорит он.

Лечение предполагает тщательную подготовку и поддержку до и после сеансов приема препарата.

Клинический психолог Том Шарп помогает в проведении испытаний. Участники получают псилоцибин в капсулах, после чего проводят до восьми часов в специально оборудованной комнате для приема препарата под наблюдением терапевтов.

«Люди могут понять, что могло стать причиной их депрессии», — говорит он.

Исследователи стремятся ограничить ожидания.

«Эта работа — не какое-то чудодейственное средство, — говорит Шарп. — Она не избавляет от депрессии».

Вахба согласен с этим. Хотя первые результаты обнадеживают, он отмечает, что по-прежнему необходимы более масштабные исследования, чтобы установить, насколько эффективны эти методы лечения и можно ли сохранить полученный эффект в долгосрочной перспективе.

Королевский колледж психиатров поддержал проведение дальнейших исследований в области психоделической терапии.

Доктор Дэвид Казинс, председатель комитета по психофармакологии колледжа, заявил: «Колледж поддерживает дальнейшие исследования психоделиков, таких как псилоцибин, которые могут помочь в лечении людей с такими состояниями, как депрессия, в том числе тех, кто слабо реагирует на другие формы лечения».

Некоторые исследователи полагают, что терапия с использованием психоделиков может обеспечить некоторым пациентам более длительный эффект, помогая им справиться с лежащими в основе их состояния мыслями, эмоциями и поведением, а не просто купировать симптомы.

Однако Казинс предостерег от обращения за лечением за пределами специализированных учреждений: «Мы настоятельно не рекомендуем людям заниматься самолечением или обращаться к нерегулируемым методам лечения, поскольку это сопряжено с рисками».

Сторонники этого метода подчеркивают, что психоделическая терапия существенно отличается от рекреационного употребления наркотиков. В клинических условиях участники проходят скрининг, находятся под наблюдением и получают поддержку до, во время и после лечения.

Некоторые британские благотворительные организации и учреждения также помогают людям получить доступ к психоделической терапии за рубежом.

Кит Джон Абрахам, основатель Heroic Hearts Project UK, помогает бывшим военнослужащим посещать ретриты с использованием аяуаски для лечения таких состояний, как посттравматическое стрессовое расстройство.

«Большинство людей, пройдя через это, чувствуют, что обрели новую энергию и цель в жизни», — говорит он.

Абрахам, ветеран армии, обратился к психоделической терапии после того, как долго боролся с последствиями военной службы.

«Афганистан обошелся мне очень дорого в личном плане, — говорит он. — Я пробовал традиционные методы, но они не сработали для меня, и я впал в отчаяние».

Абрахам утверждает, что психоделическая терапия помогла ему добиться значительного прогресса, но предупреждает, что это не «волшебная пилюля»: «Не стоит приступать к этому, полагая, что это решит все проблемы. Но качество жизни может значительно улучшиться».

Абрахам описывает психоделическую терапию как «будущее психиатрической помощи».

Робин Дейли, основатель благотворительной организации по борьбе с раком Yes to Life, считает, что терапия с использованием психоделиков также может помочь некоторым людям справиться с эмоциональными последствиями тяжелого заболевания.

Он говорит, что диагноз «рак» заставляет людей внезапно отвечать самим себе на вопросы о смерти, смысле жизни и будущем, и что псилоцибин может помочь некоторым пациентам смириться с этой реальностью.

«Речь не о том, чтобы уйти в мир грез, — говорит он. — Речь о том, чтобы принять факт: „Хорошо, я оказался в этой ситуации, у меня рак“, но рассмотреть его в гораздо более широком контексте».

Подчеркивая, что псилоцибин не является лекарством от рака, он описывает его потенциальное воздействие на некоторых пациентов как «революционное».

Он считает, что доступ к препарату не должен ограничиваться людьми, которые могут позволить себе поехать за границу на лечение.

Исследователи утверждают, что прогресс тормозится из-за нормативных ограничений.

«Предоставить пациентам выбор — это самое главное. Поэтому для меня идеальным сценарием было бы включение этой терапии в наш перечень услуг», — говорит он.

Министерство внутренних дел заявляет, что рассматривает рекомендации по снижению барьеров для исследований с использованием контролируемых веществ при одновременном обеспечении соблюдения мер безопасности.

Британское Агентство по регулированию лекарственных средств и медицинских изделий заявляет, что содействует клиническим исследованиям, но пока еще слишком рано говорить о том, станут ли психоделические методы лечения когда-нибудь доступны в повседневной практике.